четверг, 26 марта 2015 г.

Джон Фаулз "Волхв"/ John Fowles "The Magus"

"Cras amet qui numquam amavit quique amavit eras cmet."


    Потрясающий роман Джона Фаулза "Волхв",  изданный в 1965 году (переработан в 1977 году), запутанный, непонятный, но манящий дойти вместе с главным героем до конца, так как ему, как и читателю не терпится узнать суть происходящего, смысл, которого нет...
    Весь роман - паутина, как вся наша жизнь со множеством троп и извилин, как любовь и ненависть с их ложью и правдой, болью и радостью, жестокостью и нежностью; рассказчик - творец, но главный властитель - лишь случай.
    Каждый, прочитав эту книгу волен понимать ее, как захочет или... не понимать вовсе, застрять в этой паутине хаоса жизни, отношений, мыслей и чувств, но равнодушным ни за что не останется.



English:
     The magnificent novel of John Fowles 'The Magus', published in 1965 (revised in 1977), intricate, incomprehensible but luring to get to the end with the main character , because he, same as the reader can not wait to find out what is going on, find out the core of the reality, the meaning which doesn't exist ...
    The entire novel is a net, as our whole life with lots of ways and bends, as love and hate with their lies and truth, pain and joy, cruelty and tenderness; narrator is the creator here, but the main ruler is  just a chance.
    Everyone ,after reading the book, can understand it as he or she  pleases or ... do not understand at all, sticks in this net of life chaos, relationships, thoughts and feelings, but  would not remain indifferent at all.

Джон Фаулз /John Fowles 31.03.1926 - 05.11.2005 




Выбранные мной цитаты из книги:

" Вымирают не только редкие виды животных, но и редкие виды чувств.

Ум и глупость друг друга не исключают.

Я не нашел предмета любви и потому делал вид, что ничто в мире любви не заслуживает.

Нельзя ненавидеть того, кто стоит на коленях. Того, кто не человек без тебя.

В нашем возрасте не секс страшен - любовь.

- Вам можно делать все, что заблагорассудится.
- Только не задавать вопросов?
- Только не задавать вопросов.- Слабая улыбка.- Вы прочли мою брошюрку?
- Нет еще.
- Прочтите внимательно.
- Конечно. В самом скором времени.
- Полетим на другую планету? - спросил я, не сдержав сарказма.
- Да.Вот туда.- Звездная россыпь.- И еще дальше.- Он перевел взгляд на черные хребты западных гор, точно дальние светила будут для нас всего лишь перевалом.
- Там, наверху, говорят по-английски или по-гречески?- рискнул пошутить я.
Секунд пятнадцать он молчал, не улыбался.
- На языке чувств.
- Не слишком точный язык.
- Наоборот. Самый точный. Для тех, кто его изучит.- Повернулся ко мне. - Точность, о которой вы толкуете, важна в научных исследованиях. И совсем не важна...

- Род человеческий - ерунда. Главное - не изменить самому себе.
- Но ведь Гитлер, к примеру, тоже себе не изменял.
Повернулся ко мне.
- Верно. Не изменял. Но миллионы немцев себе изменили. Вот в чем трагедия. Не в том, что одиночка осмелился стать проводником зла. А в том, что миллионы окружающих не осмелились принять сторону добра.


Подчас любовь - это просто твоя способность любить, а не заслуга того, кого любишь.

Количество счастья и горя закладывается в нас при рождении. Денежные превратности на него мало влияют.

Секс отличается от других удовольствий интенсивностью, но не качеством. Что это лишь часть, причем не главная, тех человеческих отношений, что зовутся любовью. И что главная часть - это искренность, выстраданное доверие сердца к сердцу. Или, если угодно, души к душе. Что физическая измена - лишь следствие измены духовной. Ибо люди, которые подарили друг другу любовь, не имеют права лгать.

Порой нет ничего пошлее, чем возвращаться.

Чувство юмора - это демонстрация свободы. Ибо свободен лишь тот, кто умеет улыбаться.

В 19 лет человек не согласен просто совершать поступки. Ему важно их все время оправдывать.

Иногда красота - это внешнее. Как обертка подарка. Но не сам подарок.

Дело не в том, чтоб уметь плавать. А в том, чтобы знать куда.

Вы должны понять, что Любовь – это тайна, пролегшая меж двумя людьми, а не сходство двоих.

Простить - значит забыть.

Наши проблемы - это прежде всего то, что мы сами о них думаем.

- Хочется плакать от одного того, что мы называем друг друга по имени.
- Как же нам друг друга называть?
- А ведь этого не было. Мы были так близки, что имена не требовались.

Есть три вида людей:
первые столь умны, что, когда их называют умными, это выглядит справедливым и естественным; вторые достаточно умны, чтобы отличить правду от лести; третьи скорее глупы, ибо все принимают на веру.

Любовь к ближнему - фантом, необходимый нам, пока мы включены в общество.

Каждый из нас — остров. Иначе мы давно бы свихнулись. Между островами ходят суда, летают самолеты, протянуты провода телефонов, мы переговариваемся по радио — все что хотите. Но остаемся островами. Которые могут затонуть или рассыпаться в прах.

Мы лежали на траве и целовались. Смейтесь, смейтесь. Да, всего лишь лежали и целовались. Сейчас вы, молодежь, делитесь друг с другом своими телами, забавляетесь ими, отдаетесь целиком, а нам это было недоступно. Но знайте: при этом вы жертвуете тайнами драгоценной робости. Вымирают не только редкие виды животных, но и редкие виды чувств.

Вежливость всегда скрывает боязнь взглянуть в лицо иной действительности.

Чем глубже вы осознаете свободу, тем меньше ею обладаете.

Вам нравится быть любимым. Мне же нравится просто: быть.

В любой загадке таится энергия. И тот, кто ищет ответ, этой энергией питается. Достаточно ограничить доступ к решению - и остальные, ищущие и водящие, лишатся импульса к поиску.

Молодой человек, который не в состоянии рискнуть единожды, - болван и трус одновременно.

Вот она, истина. Не в серпе и молоте. Не в звездах и полосах. Не в распятии. Не в солнце. Не в золоте. Не в инь и ян. В улыбке.

Любая игра между мужчиной и женщиной, по каким бы правилам она не велась, имеет чувственную подоплеку.

Есть случаи, когда утешение лишь нарушает равновесие, что установлено временем.

Плотские утехи и совесть лежат в разных плоскостях.

Война - это психоз, порожденный чьим-то неумением прозревать взаимоотношения вещей. Наши взаимоотношения с ближними своими. С экономикой, историей. Но прежде всего - с ничто. Со смертью.

Бунтарю, который не обладает даром бунтаря от природы, уготована судьба трутня.

Если хочешь хоть сколько-нибудь точно смоделировать таинственные закономерности мироздания, придется пренебречь некоторыми условностями, которые и придуманы, чтобы свести на нет эти закономерности. Конечно, в обыденной жизни условности переступать не стоит, более того, иллюзии в ней очень удобны. Но игра в бога предполагает, что иллюзия – все вокруг, а любая иллюзия приносит лишь вред.

Основной закон цивилизации: человеческую речь нельзя понимать буквально.

- В жизни каждого из нас наступает миг поворота. Оказываешься наедине с собой. Не с тем, каким еще станешь. А с тем, каков есть и пребудешь всегда. Вы слишком молоды, чтобы понять это. Вы еще становитесь. А не пребываете. 
- А если проскочишь этот...миг поворота?
- Сольешься с массой. Лишь немногие замечают, что миг настал. И ведут себя соответственно.

Ничто так не враждебно поэзии, как безразлично-слепая скука.

Черная полоса начинается, когда я сажусь и задумываюсь. Когда просыпаюсь и вижу, кто я есть.

Всякая уважающая себя наука - искусство. И всякое уважающее себя искусство - наука.

Я не жду, что у красивого мужчины и душа будет красивая.

Слова нужны, чтобы говорить правду. Отражать факты, а не фантазии.

Чем утоляешь жажду? Водой или волной?

...Варенья, лакомых перемен, не получишь, пока не объешься хлебом, черствыми корками ожидания.

– Вы как фанатичный хирург. Вас куда больше интересует не пациент, а сам процесс операции. 
– Не хотел бы я угодить под нож того хирурга, которого не интересует процесс.

Литература - это тексты, а не грязное белье сочинителей!

Все идеальные республики - идеальная ахинея.

Завтра познает любовь не любивший ни разу,
и тот, кто уже отлюбил, завтра познает любовь.( Cras amet qui numquam amavit quique amavit eras cmet.)

Дважды оплакивают одно и то же лишь экстраверты.

Любой судья и сам рано или поздно становится подсудимым и приговор ему выносят вынесенные им приговоры.

Видно, Бог невероятно мудр, раз он настолько умнее меня. Настолько, что не оставил мне ни одной подсказки. Уничтожил все улики, все очевидности, все причины, все мотивы своего существования.

- Мертвые живы...
- Каким образом?
- Живы любовью...

- А я и о боге могу делать достоверные предположения.
- Например?
- Он невероятно мудр.
- Почему вы так думаете?
- Потому что я его не понимаю. Зачем он, кто он, на каком уровне бытия. А Морис уверяет, что я очень умная. Видно, бог невероятно мудр, раз он настолько умнее меня.

Душа человека имеет больше прав называться вселенной, чем собственно мироздание.

Раз тебе поперек горла то, что происходит, глупо бурчать на то, как это происходит.

– То есть учиться быть самим собой – это и значит жениться и завести очаг? 
– Да, а что? 
– Верный заработок и домик в зеленой зоне? 
– Таков удел большинства. 
– Лучше сдохнуть.

Уезжаешь и думаешь, что за это время люди изменятся, а они все те же.

Линия судьбы просматривалась ясно: под уклон, на самое дно.

– Нас призывает случай. Мы не способны призвать сами себя к чему бы то ни было.
– А избирает кто?
– Случай многолик.

Вспомнив, как уничтожал собственные рукописи, я подумал, что красивые жесты и вправду впечатляют – если они тебе по плечу.

Лихорадка. Но за лихорадку я принимал тление бытия, жажду существования. Теперь я понимаю это. Горячка жизни. Я себя не оправдываю. Любая горячка противоречит общественным устоям, и ее надо рассматривать с точки зрения медицины, а не философии.

Я не сужу о народе по его гениям. Я сужу о нем по национальным особенностям.

Но мы говорили на разных языках. Допустимо, даже естественно, чувствовать себя правым перед историей и кругом виноватым перед теми, кого любишь.

...Бывают мгновения, которые обладают столь сильным воздействием на душу, что и подумать страшно о том, что когда-нибудь им наступит предел.

У общества есть еще один способ свести случайность к нулю: лишить своих рабов свободы выбора, убедить их, что прошлое выше настоящего.

Женщины любят подчиняться, но не выносят, когда их жертвы не получают должной оценки. Мужчины же не умеют ценить женщин, которые внимательны к ним.

Вся наша жизнь - сплошной вызов, - однажды поведал он мне, - и только те, кто способен открыто встретить его, знают цену жизни.

Ученики не ценят своих учителей, пока длится обучение. И только потом, лучше узнав жизнь, понимают, в каком долгу они перед старшими. Хорошие учителя не требуют от юных учеников ни любви, ни поклонения. Они спокойно ждут, и все приходит само, когда настанет срок.

Свобода – это сделать решительный выбор и стоять на своем до последнего."